2009 // Интервью для R.I.P.#27

Diorama. Трезвая романтика.

Diorama наконец-то объявили дату выхода – на этот раз, надеемся, окончательную – своего нового альбома Cubed – 19 марта 2010 года. Нам, так же, как и вам, очень хочется узнать, о чем это творение, как оно будет звучать и как выглядеть. Поэтому, получив возможность побеседовать с бессменным лидером коллектива Торбеном Вендтом лично в преддверии московского выступления Diorama на Synthetic Snow VII 5 декабря, мы решили о новой пластинке НЕ спрашивать НИЧЕГО. Вот такой парадокс. Пусть альбом остается загадкой, пока Торбен рассказывает обо всем, кроме него.

# Люблю, когда задают нестандартные вопросы, чтобы мне пришлось думать перед тем, как отвечать.

# Я верю, что рай сокрыт в нашей реальности, а не где-то еще. Он таится в тех моментах, когда ты уверен, что нигде не может быть лучше, чем здесь и сейчас. К примеру, когда я в походе в горах с моей собакой. Или в первый раз слушаю новый альбом Radiohead. Иными словами я хочу сказать, что у нас больше ничего нет, кроме этого мира. Рай нужно искать только здесь. Наш мир сам по себе красив и вполне идеален.

# Да, я романтик, но мой романтизм тесно переплетается с трезвостью и логикой.

# Без вдохновения я не могу написать ни одной песни, которая нравилась бы мне и на следующий день. Вот почему эти редкие драгоценные моменты, когда мысли и чувства на пике, я стараюсь как можно быстрее и точнее перевести в музыку. А в фазы низкого градуса вдохновения занимаюсь “технической” работой, ведь у меня много и других дел, помимо написания музыки.

# Мрачное и деструктивное настроение намного продуктивнее для творческой работы, чем позитивное.

# Сейчас моя ранняя лирика кажется мне незрелой, потому что с тех пор я сильно изменился как личность. Понимаете, когда я писал первые песни Diorama, к примеру, Leaving Hollywood, Das Meer, Pale и другие, мне было 16-17 лет со всеми присущими этому возрасту подростковыми всхлипываниями и нытьем от пресыщения миром. Эта усталость от мира сохранилась в нашей музыке и во мне тоже, но теперь она более изобретательна, лишена каких-либо иллюзий, беспристрастна, более цинична, и, если хотите, более сексуальна.

# Нет такой темы, за которую бы я не взялся. Мне хочется держать в своем арсенале все возможные темы для лирики, без ограничений.

# В женщинах меня очаровывает непосредственность, умение двигаться, смеяться и дивная переменчивость.

# Diorama представляется мне в виде витрины в каком-то странном музее, которая демонстрирует нематериальные объекты в материальном окружении.

# Другие люди – главная помеха абсолютному счастью.

# Не могу предложить вам запатентованную Торбеном Вендтом таблетку от меланхолии. Я всегда видел в меланхолии красоту, утешение и удовлетворение – все то, благодаря чему можно чувствовать себя и так здоровым.

# Не понимаю, как люди могут скучать. Я имею в виду, что если тебе скучно, пойди сделай что-нибудь полезное!

# А вот апатия – вполне приятное состояние души. Она дает прекрасную возможность как бы отсутствовать, пока ты вроде бы здесь присутствуешь. Во время апатии можно хорошенько все обдумать, задвинув любое общение и связь с миром.

# Люблю пить чай с медом.

# Жизнь – ничто иное, как шутка, если посмотреть на нее отстраненно. Поэтому я не понимаю погоню за тем, что впоследствии может быть расценено как “достойно прожитая жизнь”.

# Между рождением и смертью главная вещь для меня – дружба. Даже здоровье стоит на ступень ниже.

# Если вы пригласите меня в велопоход по России или горному Крыму, я поеду.

# Вопрос о том, что страшнее смерть или бессмертие, напоминает мне фильм, где мальчик спрашивает своего старшего брата, кто страшнее – Годзилла или Гитлер? Так вот, смерть существует, в то время, как бессмертие не существует. А для меня всегда страшнее то, что существует.

# Этим летом во время путешествия по Аляске мне довелось встретиться со взрослым медведем гризли. Вот уж было не до смеха.

Олеся Кулида
интервью предоставлено www.ripmagazine.ru // 2009